Остров Калимнос

Как это бывает у соседей, жители островов рассказывают друг про друга анекдоты. Жители Халки любвеобильны, жители Сими ленивы, жители Родоса продадут родную мать за коммент на «Трипдвайзере». А жители Калим-носа… работают. Это звучит настолько тревожно, что наша нанятая туристическим офисом яхта старательно его обходит. Тем более что официальная статистика настаивает: здесь, наоборот, огромный процент безработных.
Получить столь пугающую статистику нетрудно: здешнее население — 15 тысяч человек, против полутора тысяч на каком-нибудь другом острове Додеканеса. Тем не менее соседи сходятся во мнении, что жители Калим-носа с малолетства приучены к работе и обладают безусловными лидерскими качествами. Это ярко проявляется в зарубежных анклавах. А все потому, что им чужда каникулярная мораль: мол, у нас есть время и солнце, остальное само вырастет. На протяжении веков калимностяне ныряли в морские пучины, прижимая к груди камень для быстрого погружения, и всплывали нагруженные морскими губками — главным предметом торговли архипелага Додеканес.

Этот засушливый остров, климат которого выносят только душица, шалфей и можжевельник, не может похвастать ни естественной грацией Нисироса, ни курортным шармом Халки, ни мрачной, но притягательной историей Лероса. Каждый приезд сюда иностранца — результат умного маркетинга.

Не случайно именно на Калимносе нашли решение главной греческой головоломки: как привлечь туристов зимой. Когда популяция губок вокруг острова пошла на убыль, вчерашние ловцы просушили сети и сплели из них тросы для скалолазания. За десять лет остров с его отвесными прибрежными скалами стал обязательной остановкой для любителей альпинизма со всего мира. Если кто и жалеет об утраченной самобытности островитян, то лишь чувствительные французские туристы. Сами калимностяне с содроганием вспоминают времена ловцов морских губок, многие из которых так никогда и не вынырнули из моря.

Наша яхта идет в сторону острова Кос, финальной точки маршрута, под незамысловатые мелодии рембетики — старинного греческого шансона. Шкипер щиплет багламу — недогитару-недобалалайку с чрезвычайно грустным тембром, и голосом берет верхние ноты. Мы не понимаем слов, но знаем, что в общих чертах там поется про черные очи, тюрьму и гашиш. Тексты написаны на почти утраченном блатном арго 1930-х, так что и современные греки слушают их с полезным отстранением от смысла.

Греция с нетерпением

ждет своих новых героев. Тех, кто найдет в себе силы относиться к ней не как к престарелой матери, а как к красивой женщине, жаждущей эмансипации. А пока предприимчивость не слишком успешно пытается прописаться в ДНК островитян, на Додеканес едут те, кто называет себя гордым словом «путешественники» в противовес пошлому «туристы». Ведь здесь можно с риском для жизни вскарабкаться на неогороженную, заросшую бурьяном стену античной цитадели или напроситься на ночлег в келью монастыря, кормить непуганых павлинов на пляже и совершенно бесплатно париться вулканьим жаром в пещере, найти в горах заброшенную казарму с настенными росписями и спросить дорогу у единственного за многие часы прохожего — мрачного человека с удочкой… нет, оказывается, с ружьем. Это открыт сезон охоты на кроликов.

Leave a reply

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>